Минимальное наказание по обвинению в сбыте наркотиков при наличии особо опасного рецидива

Максимально мягкий приговор по п. «б» ч. 3 ст. 228.1 и ч. 2 ст. 228 УК РФ

В данном обзоре рассмотрено дело по хранению и сбыту наркотических средств, которое примечательно тем, что даже при непризнании подзащитным вины, судом может быть постановлен максимально мягкий приговор ниже низшего предела.

Уголовное дело возбуждено по признакам сбыта и хранения наркотических средств

Минимальное наказание по обвинению в сбыте наркотиков Начало 2019 года, я вступил в дело с момента его возбуждения по назначению. Мой подзащитный, страдающий наркотической зависимостью, обвинялся в сбыте наркотических средств в значительном размере (п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ), а также хранении наркотиков в крупном размере (ч. 2 ст. 228 УК РФ). На стадии до возбуждения уголовного дела в ходе проведения оперативных мероприятий проведена контрольная закупка у моего подзащитного и комплекс сопутствующих мероприятий – личный досмотр, опрос — все стандартно по данной категории дел. Казалось бы, обстоятельства очевидны, целесообразно ли вставать на позицию отрицания вины.

Однако, при общении с подзащитным, тот сообщил, что гражданин, выступивший в ходе оперативно-розыскных мероприятий в качестве закупщика, сам спровоцировал его, буквально «уговаривал» и склонял помочь ему приобрести наркотические средства, а самими наркотическими средствами он на тот момент на располагал и их необходимо было приобрести в другом месте.

Предстоял первый допрос в качестве подозреваемого, «дежурное» обвинение и задержание в порядке ст. 91 УПК РФ. Учитывая неоднозначность ситуации, и то, что с моим подзащитным уже к тому моменту на протяжении длительного времени проводились оперативные мероприятия, он уже был измотан, позднее время, мной была дана рекомендация воздержаться от дачи показания на основании статьи 51 Конституции РФ, содержание и смысл которой известны каждому.

Следствие по делу о сбыте наркотиков, тактика защиты по сбыту

Как уже упоминалось, подзащитный страдал наркотической зависимостью, а также был неоднократно судим за совершение преступлений, связанных с наркотиками, и ранее уже отбывал наказание в виде лишения свободы, то есть имело место такое отягчающее обстоятельство как особо опасный рецидив (п. «г» ч. 3 ст. 18 УК РФ).

Проводились следственные процессуальные действия с участием моего подзащитного – допросы, очные ставки, в ходе которых подзащитный давал подробные и развернутые показания, свидетельствующие о том, что он действительно является наркопотребителем и в этой связи вынужден приобретать и хранить наркотики. Свидетель же по делу, выступающий в качестве закупщика в ходе ОРМ, является давним знакомым подзащитного и также лицом, страдающим наркотической зависимостью. В один из дней он связался с подзащитным по телефону и настойчиво стал упрашивать его помочь приобрести наркотические средства, причем изначально подзащитный отказал ему в этом, но тот продолжил «атаковать» подзащитного звонками с настойчивыми просьбами оказать ему содействие в покупке наркотиков. На момент обращения закупщика к моему подзащитному, последний наркотическими средствами не располагал, что является важным обстоятельством.

Под напором просьб закупщика, который чуть ли ни в слезах просил помочь добыть ему наркотики и мотивировал что испытывает острый абстинентный синдром, мой подзащитный, неоднократно испытывая подобное, фактически проявил жалость и согласился поспособствовать в приобретении наркотиков. Встретившись в салоне связи, подзащитный совместно с закупщиком, оплатили в терминале два свертка с наркотиками, один из которых подзащитный приобретал для себя и на свои деньги, а второй предназначался закупщику и был оплачен на деньги переданные им, вместе поехали к месту указанному продавцом наркотиков, где подняли закладки с наркотиками, каждый свою. По возвращении домой мой подзащитный был задержан сотрудниками наркоконтроля.

Нужно отметить, что закупщик, уже выступавший по делу свидетелем, был полностью подконтролен сотрудникам полиции, поскольку являлся наркозависимым, оказать на него воздействие не составляло никакого труда. По этой причине, весь период следствия все показания данного свидетеля были направлены на обвинение моего подзащитного в сбыте, а именно свидетель частично подтверждал версию моего подзащитного касаемо его просьб по телефону о приобретении наркотиков и встречи в салоне связи, однако категорически отрицал факт того, что совместно с моим подзащитным ездил за закладками с наркотиками. Показания были шаблонные, как под копирку заученные, на любой дополнительный вопрос свидетель отвечал что то типа не помню, не знаю. С целью изобличения таких показаний свидетеля, в ходе следствия защитой заявлено ходатайство об истребовании у сотового оператора биллинга по номеру телефона закупщика, в котором, как и ожидалось, было отказано.

Весь период следствия защита придерживалась избранной в самом начале линии, настаивая на невиновности подзащитного в сбыте, при этом признавая приобретение и хранение без цели сбыта. При этом действия по приобретению наркотиков для закупщика, должны быть квалифицированы как пособничество в приобретении по ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 228 УК РФ.

Суд по делу о приобретении, хранении и сбыте наркотиков

В ходе судебного следствия по делу были допрошены свидетели, в частности закупщик, который пояснил что на момент обращения к моему подзащитному с просьбой о приобретении наркотиков, он не знал располагает ли тот наркотическими средствами или их необходимо приобретать у кого-то еще. Показания были настолько расплывчатыми, что невозможно было понять сбывал ли сам мой подзащитный, или только помог приобрести закупщику наркотические средства, а согласно принципу презумпции невиновности, все сомнения должны быть истолкованы в пользу обвиняемого.

Таким образом, благодаря позиции защиты, грамотному допросу свидетеля, заявленным в период следствия ходатайствам, направленным на установление необходимых обстоятельств, защитой было посеяно зерно сомнения.

Кроме того, к делу были приобщены документы о состоянии здоровья подзащитного, характеризующие документы.

В ходе прений защитник дал оценку исследованным по делу доказательствам и просил о переквалификации действий подзащитного по вменяемому стороной обвинения эпизоду, связанному с приобретением в интересах закупщика и на его средства наркотического вещества с п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ на пособничество в незаконном покушении на приобретение наркотического средства, без цели сбыта по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228 УК РФ.

Признан виновным в сбыте, с назначением наказания ниже низшего предела по ст. 64 УК РФ

Суд признал подзащитного виновным в сбыте наркотиков по п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, а также виновным в хранении наркотиков по ч. 2 ст. 228 УК РФ и назначил ему наказание по совокупности с применением ст. 64 УК РФ ниже низшего предела сроком на 6 лет лишения свободы в колонии особого режима.

Нижний предел наказания по указанной части сбыта составляет 8 лет лишения свободы, а мой подзащитный обвинялся в совершении еще и хранения наркотиков, а также имел особо опасный рецидив.

Однако, с учетом, как посчитал суд, частичного признания вины в хранении наркотиков, состояния здоровья подзащитного, а также, как полагает защита, всех прочих сомнений, было назначено столь мягкое наказание, несмотря на рецидив и непризнание вины.

Приговор 228.1 УК РФ рецидив